PR в лицах. Сергей Войтенко: «Самара – родина баяна!»

«Чемпион мира по баяну», создатель квартета «Нон-стоп» и дуэта «Баян-МИКС», «отец-основатель» международного фестиваля «Виват, баян!», один из немногих самарских артистов, которого приглашают на центральные телеканалы, продюсер… Список «подсказок» можно продолжать. Но едва ли не каждый житель Самары уже и так догадается, что все это сказано об одном и том же человеке – Сергее Войтенко. 


- Сергей, как вам удалось приобрести популярность, играя на таком «немодном» музыкальном инструменте?

- Этому есть несколько причин. И одна из главных – как раз то, что баян был «немодным»! В детстве надо мною из-за этого даже смеялись. Поэтому впоследствии я сознательно стремился к тому, чтобы сделать баян «массовым», популярным инструментом. Но в рамках академического жанра это было сделать непросто. Я успел занять кучу первых мест на разных конкурсах, карьера вроде бы шла вверх, но концертов было катастрофически мало – максимум три-четыре в год. За каждый из них тогда платили где-то пять тысяч рублей, так что сами понимаете, прокормить семью было проблематично. А все из-за того, что академическая баянная музыка была интересна только профессионалам и немногочисленным истинным любителям. И я понял, что нужно что-то менять. В самом деле: стоило ли сутками напролет репетировать, если за год удается дать всего несколько концертов? Так и начались мои эксперименты по превращению «немодного» инструмента в «модный». 

В 2000 году мы с самарским режиссером Олегом Скивко поставили спектакль «12 стульев». Владимир Сухов играл там Кису Воробьянинова, Олег Белов – отца Федора, Ольга Елесина – мадам Грицацуеву, а я – Остапа Бендера. По моим личным ощущениям, получилось здорово: спектакль – два часа на одном дыхании! На ГТРК потом наши «12 стульев» транслировали несколько раз. А собственно эксперимент заключался в том, чтобы соединить мои музыкальные способности с актерским находками и харизматической личностью Остапа Бендера. Интересно, что идея создания такого спектакля появилась благодаря музыке: у композитора Евгения Дербенко есть произведения, написанные под впечатлением Ильфа и Петрова. Музыка это яркая, образная. И когда я сыграл ее на соло-баяне Олегу Скивко, он сказал, что из этого может получиться целый спектакль. 

В том же 2000-м я создал квартет «Нон-стоп». Он тоже был очень успешным проектом – и первым, где я не играл сольно: кроме меня были домбра, балалайка и контрабас. Музыку мы играли креативную, но в то же время простую для восприятия – на наших концертах было много юмористических моментов, пародий, музыкальных шаржей на известных исполнителей и композиторов, над которыми мы немного «поиздевались». Например, соединяли музыку Олега Митяева с Моцартом. И когда люди слышали в их мелодиях похожие места, становилось понятно, кто у кого «заимствовал». Инструменты у нас были «серьезные», но мы перевернули все с ног на голову – и получился коммерчески успешный проект. 


- А как появился дуэт «Баян-MIX»?

- Это было намного позже, в 2005 году. А вдохновила нас Ванесса Мэй, которая сделала скрипку модным эстрадным инструментом. Это была настоящая «революция»: классику соединили с современными ритмами, и получился очень серьезный и мощный проект. Мы с Димой Храмковым сделали, по сути, то же самое. И буквально через полгода после основания дуэта собрали в «МТЛ-Арене» полный зал – 2 500 человек. В то время с таким же аншлагом прошли разве что концерты «Скорпионс» и Верки Сердючки. Одним словом, мы создали успешный проект, с которым можно было и в Москву ехать. Так мы и поступили. Сначала нас заметила Екатерина Шаврина, которая пригласила «Баян-MIX» участвовать в своем сольном концерте – он прошел в концертном зале «Россия». Наше выступление понравилось, причем не только зрителям: вскоре худрук Государственного Кремлевского дворца Петр Шаболтай порекомендовал включить нас в культурную программу петербургского саммита «большой восьмерки». Так в 2006 году мы впервые встретились с Владимиром Путиным. Потом были и другие выступления «на высшем уровне». Конечно, свою роль сыграл случай, но и сам проект оказался уникальным – мы ведь сумели «народный» баян сделать эстрадным инструментом. Сейчас я эту работу продолжаю, но уже несколько иначе. К примеру, в Москве создал группу «Невесты». Чтобы найти для нее трех лучших аккордеонисток России, пришлось проводить кастинг среди нескольких десятков представительниц этого жанра. Еще одна наша «восходящая звездочка» – самарская группа «Матреха», которая была хедлайнером «Русской масленицы» в Москве.   


- С репертуаром сложностей не возникает?

- Нет, идей много – хватит лет до ста! Некоторые вещи сочиняем сами, это примерно половина репертуара. А вторая половина – кавер-версии популярных песен прошлых лет или классических произведений, от «Смуглянки» до чардаша и «Хава нагилы». Есть музыка, которая нравится всем, потому что ассоциируется с вечными ценностями. 


- То, что вы сейчас делаете, не воспринимается другими музыкантами как «измена баяну»?

- Некоторые действительно сказали, что потеряли Войтенко как хорошего академического музыканта. Но любой творческий человек имеет право на поиск, на ошибки. Тем более что в моем случае ошибки и не произошло – было открытие новых проектов, которые оказались интересными для многих. Кстати, в этом году на фестивале «Виват, баян!» я специально готовлю программу, в которой возвращаюсь к академическому жанру, «к истокам». Вообще же «изменой» мои поиски называли люди, которые, наверное, чему-то завидовали. Сейчас, к счастью, большинство коллег мои эксперименты одобряют и поддерживают. Мы ведь создали прецедент: сейчас многие молодые ребята, которые оканчивают музучилища и консерватории, знают, что у них впереди может быть не три-четыре концерта в год, а нечто гораздо более интересное.  


- Как вы думаете, ваше имя уже стало «брендом»?

- Не буду лукавить: на наши концерты многие действительно приходят потому, что считают меня неким «раскрученным брендом». Но я думаю, есть и обратный процесс: «брендом» мое имя стало как раз потому, что наше творчество нравится людям.   


- А сценический имидж себе создавали?

- По большому счету – нет. Я человек очень открытый, люблю людей, умею радоваться жизни… Я веду себя естественно. Как на сцене, так и в жизни.


- Имя-бренд помогло организовать фестиваль «Виват, баян!»?

- Конечно, сначала фестиваль даже назывался иначе – «Виват, баян! Сергей Войтенко и его друзья». Целых три года мое имя «работало» на то, чтобы собрать публику и участников. Хотя бывало и иначе. Так, иногда меня узнавали на улицах, но называли не по имени, а говорили: «А, виват, баян!» Но в любом случае запустить проект было трудно. И огромная удача, что мы это сделали. Сейчас «Виват, баян!» – такая же визитная карточка Самарской области, как и Грушинский фестиваль.


- Ощутили себя пиарщиком?

- Да. Я понимал: чтобы раскрутить фестиваль, нужно «включить» фамилию Войтенко. Поэтому сначала и было такое название. Но нужно учитывать, что я не просто приглашал своих друзей поиграть. Мы создавали долгосрочный проект. Поэтому кроме «фестивальной» составляющей он включал конкурс, на который сейчас приезжают со всей России и даже из-за рубежа, а также бесплатную летнюю стажировку во Франции для начинающих баянистов. За десять лет туда съездило больше двадцати ребят. И почти все они остались в профессии. Фактически, мы выполняем госпрограмму по воспитанию кадров!

Успешным PR-решением было то, что фестиваль у нас в первые годы был «долгоиграющим»: концерты шли в течение трех месяцев, потом начинались стажировки… А в итоге о фестивале говорили в течение полугода. Правда, потом я совершил ошибку: подумал, что для артистов и зрителей будет удобнее, если все выступления в городах Самарской области уместить в десять дней. Для музыкантов такой график и правда был более привлекательным, но вот зрителей мы подрастеряли – им было лучше, когда концерты шли не «плотно», несколько дней подряд, а по выходным, с большими перерывами между фестивальными мероприятиями. Этот урок я усвоил, и в 2010-м вернул прежнюю, «полугодичную» схему. Наверное, уже не буду от нее отклоняться.  


- Что посоветуете начинающему артисту – как добиться успеха?

- Только от тебя самого зависит, станешь ли ты артистом, тем более известным, или нет. Есть много трудностей, которые нужно преодолевать. Я активно занимаюсь музыкой с 14 лет. Мне 38, то есть 24 года я шел к тому, что сегодня имею. Кто может это вытерпеть, тот победит. 


- Что сейчас больше всего занимает ваши мысли?

- Просто не могу об этом не рассказать: недавно один человек, не имеющий никакого отношения к музыке, раскопал сенсационный факт – оказывается, баян появился в Самаре! Создал его в 1897 году мастер по фамилии Чулков, который приехал в Самару из Тулы. Представляете, какую PR-кампанию можно теперь сделать?! В этом году баяну исполняется 115 лет, и если получится, к осени мы поставим «юбиляру» памятник.



Есть вопросы?